3 июля на «Обозревателе» состоялась пресс-конференция историка, члена
Коммунистической партии Украины Сергея
Гмыри на тему: «Историческая и политическая
оценка решения Парламентской ассамблеи ОБСЕ о приравнивании сталинизма и
нацизма».
Сергей Гмыря: Я хочу сделать ремарку. Коммунисты
Украины – не сталинисты. С ХХ съезда коммунисты осуждали то плохое, что было
при Сталине. Современная Компартия Украины приняла ряд решений, которые
осуждают негативные явления. И вообще, коммунисты отличаются от исторических
буржуазных партий, которые достаточно долго существуют и достаточно долго
находились у власти не тем, что совершались плохие вещи коммунистами, а теми
партиями нет, а тем, что признали их, и признали, находясь у власти.
Возьмем демократическую партию США. Что у нее на совести? Рабство
негров, геноцид индейцев, депортация японцев при Рузвельте, расовая сегрегация,
маккартизм. Пять на вскидку. Ни одно из этих грубейших нарушений демократии не
признано. О нем говорят, но этого нет. Коммунисты это сделали.
И теперь по сути.
Ничего страшного нет в том, что одна политическая сила,
правая, осуждает левую. Вопрос в том, как, в какой форме это делается.
Во-первых, у меня возникают некоторые вопросы: почему, осуждая сталинизм,
ничего не вспоминают о франкизме? Уж франкизм – это совершенно явная,
откровенная форма фашизма. Почему? Потому что Хуан Карлос, который был
воспитанником генерала Франко, - друг главных европейских демократов или как
это понимать? Во-вторых, меня удивляет решение придать этому политическому
решению юридическую форму. Этому решению пытаются придать юридическую форму
силы, против которых Европа на выборах в Европарламент недавно проголосовала
ногами – рекордно низкая явка говорит о том, что у тех сил, которые имеют
большинство и в Совете Европы, и в Европарламенте, и в других структурах
просто-напросто нет доверия народа. И в-третьих, - сам характер осуждения.
Голосованием политический орган осуждает своих политических оппонентов. Если так
пойдет дальше, то, скажем, лейбористы, которые имеют большинство в парламенте
Англии, голосованием осудят действия консерваторов в начале ХХ века.
Консерваторы создали концлагеря, как известно, впервые в мире, и посадили туда
большинство буров-мужчин. И это было великим благом для буров, потому что всех
остальных умиротворили с помощью разрывных пуль, которые были запрещены
международным правом.
А на следующих выборах большинство получат консерваторы, и
они немедленно осудят кромвелизм и потребуют реанимации Карла Первого. Это же
абсурд! Политический орган не может принимать решения, осуждающие идеологию,
тем более в историческом аспекте. Это полный абсурд.
Второй момент. На вопрос, одно ли и тоже сталинизм и
фашизм, дал прекрасный ответ Черчилль в свое время. Когда началась война, он
сказал: «Я всегда был антикоммунистом номер один, но сегодня это не имеет
никакого значения, потому что речь идет о борьбе с фашизмом – с самым страшным
злом в истории человечества». Он не любил коммунистов, но он четко и однозначно
провел грань между коммунистами и фашистами.
Европейские структуры пытаются дезавуировать это
высказывание, это их дело.
Следующий вопрос, который у меня возникает: означает ли
эта резолюция, что Рузвельт, Черчилль, Де Голль были пособниками фашизма? Если
сталинизм – это фашизм, а они были союзниками советской власти в борьбе против
фашизма, то эти знаковые для Запада фигуры являются пособниками фашизма. Но
простите, если их такими словами назвать, что на Западе остается за последние
сто лет? ну, Маргарет Тэтчер, ну Эрхарт, ну, может быть, еще Кеннеди, и то, не
потому, что он что-то сделал, а потому что так трагически погиб. И всё.
Разве можно сравнить Де Голля и Саркози? Первый – это
глыба, и физически, и интеллектуально. Второй – я не буду говорить. Черчилля и
последних премьеров – Блера, Брауна… Это же несопоставимые вещи! Запад таким
образом отказывается от своих знаковых фигур.
Следующий момент. Как можно приравнивать сталинизм и
фашизм, если советская власть с руководством Сталина дала отпор фашизму? Не
было бы этой власти, наверное, Европа до сих пор вынуждена была бы кричать
«Хайль!», причем, «Хайль!» не по-датски, не по-французски, а «Хайль!»
по-немецки. Это нужно помнить.
Нужно четко сказать: в Европе только одна буржуазная
страна однозначно и твердо боролась с фашизмом – это Великобритания. Здесь
никаких вопросов нет. Может быть, еще Греция, но она была подальше. И то,
благодаря тому, что к власти пришел Черчилль. Все другие страны либо прямо
потворствовали фашизму, либо капитулировали перед ним при первой возможности,
включая Францию. Говорят, когда принимали капитуляцию фашистской Германии,
сидели союзники – англичане, французы, американцы и представители советского
командования. В зал вошла делегация Германии во главе с фельдмаршалом Кейтелем.
Когда Кейтель увидел французов, он вздохнул: «О Господи! Оказывается, и они нас
победили».
Вся Европа капитулировала перед фашизмом, и эта Европа,
которая потворствовала фашизму, которая капитулировала перед фашизмом, вместо
того, чтобы осуждать действия своих правителей того времени, пытаются свалить с
больной головы на здоровую. Это просто вопиюще.
Поступило предложение считать 23 августа днем жертв
фашизма и сталинизма. Очевидно, имеется в виду подписание 23 августа подписание
так называемого пакта Молотова-Риббентропа. Но простите меня, до 23 августа
1939 года было 30 сентября 1938 года, Мюнхенское соглашение, когда англичане и
французы подписали позорное соглашение с Германией и Италией, которое своего
союзника – Чехословакию – отдало на съедение немцам. Причем, союзника, который
мог сопротивляться – чехословацкая армия в то время была не слабее немецкой,
она вполне могла сопротивляться. И вместо этого отдается на съедение. Что это,
как не подталкивание немцев на Восток против Советского Союза?
Сталинское руководство оказалось умнее западноевропейского
руководства того времени. Те хотели толкнуть Гитлера против Советского Союза,
но они нарвались - в 1939-40 год они получили Дюнкерк, они получили воздушную
битву за Англию, которую были вынуждены разруливать не те, кто заварили эту
кашу в 1938 году. Но вы меня простите, 30 сентября 1938 года, Мюнхенское
соглашение – это политическое начало Второй мировой войны. Зачем пенять на
других, если сами ваши руководители это сделали? Вот вопрос, о котором нужно говорить.
Я не буду говорить о том, что совершенно очевидно, что по
целому ряду принципиальных вопросов то, что называют сталинизмом и то, что
безусловно называют фашизмом, - вещи совершенно разные. Первый проповедовал
интернационализм, второй – дикий, дремучий национализм. Советская власть при
Сталине, как и позже, и раньше, основывалась на общественной собственности на
средства производства, но Гитлера приводила к власти крупная буржуазия, и это
акт. И многие из тех буржуазных домов, которые приводили его к власти,
существуют и по сей день. Некоторые названия изменили, некоторые так и остались
под тем же названием. Это тоже исторический факт.
И последнее. Я не возмущаюсь этой резолюцией ОБСЕ. Маразм
– это болезнь, а не преступление. Но то, что решение принято маразматическое –
это факт. Если это европейская демократия, то со скорбью вынужден признать, что
европейская демократия сильно деградировала со времен тех самых знаковых
исторических личностей – Черчилля, Рузвельта и Де Голля, - о которых я говорил.
«Обозреватель»:
Хотелось бы услышать ваш комментарий по поводу еще одного события, которое
произошло недавно – акт вандализма, совершенный по отношению к памятнику Ленину
в Киеве. Кто и зачем инициировал его?
Сергей Гмыря: Однозначно – фашисты. И, кстати
сказать, это по поводу того, какая разница между коммунизмом и фашизмом. Это
однозначно. Я на них не обижаюсь – ну что обижаться на фашистов? Вопрос в
другом. Во-первых, удивляет, как они действовали: спокойно, методично,
стремяночку поднесли. Они знали, что народа на улицах нет, а власть им
противодействовать не будет. И во-вторых, они заявляли, что выполняют указ
Президента. И ведь действительно выполняли! Это варварство, санкционированное
Виктором Ющенко. Это однозначно.
В Черкассах совершенно незаконно сносят памятник. Обошлись
без кувалд. Используя административный ресурс, подъехали, демонтировали
памятник, несмотря на массовые протесты, ночью, через драку это сделали. Это
сделала власть. Этим варварством занимается власть. Режим выступает в роли
заказчика и организатора преступления. Меня не удивляет, что режим это делает.
Бездарная, реакционная власть всегда будет негативно относиться к своему
антиподу – великому революционеру, творцу, преобразователю, мыслителю. Меня это
не удивляет. Меня возмущает другое – что эта власть еще существует в Украине.
Вот в чем проблема.
Ну а что касается памятника – у меня нет никаких надежд на
то, что займутся его реставрацией. Мы это сделаем сами. Мы объявим сбор средств
на реставрацию памятника, мы обратимся к гражданам Украины, и не только к
гражданам Украины. Памятник строился на деньги всего советского народа, об этом
не нужно забывать. Мы это все сделаем. Памятник будет стоять в Киеве, как бы
этого кому-то не хотелось.
«Обозреватель»: О
какой сумме идет речь?
Сергей Гмыря: Я не могу сказать, о какой сумме
идет речь. Надо провести экспертную оценку того, что произошло, определить,
есть ли трещины в самом памятнике. Нужно подобрать одинаковый материал, есть
возможности это сделать.
Но меня удивляют некоторые заявления наших властных
структур. Господин Рудык, один из замов главы Киевской городской администрации,
делает такое заявление: «Общественность же хочет, чтобы памятник снесли». Это
та общественность, которая кувалдой разрушала памятник. Я подойду к господину
Рудыку, дам его по физиономии, а на этом основании я буду утверждать, что этого
хочет общественность. Но это же дикость! Варвары не представляют
общественность. Если круг окружения господина Рудыка – бандиты, то для него это
общественность. А для меня это вандалы, для меня это бандиты, и не только для
меня. Для украинского законодательства. Они грубо нарушили закон. Никто с этим
не спорит.
Но есть люди, которые пытаются выдать это за общественное
мнение, потому что Рудык сам совершено незаконно сносил памятники еще несколько
месяцев назад.
«Интерфакс-Украина»:
Как вы расцениваете поручение В.Ющенко Генеральному прокурору и главе СБУ
рассмотреть вопрос о возбуждении уголовного дела по факту незаконного выселения
крымских татар с полуострова в 1944 году?
Сергей Гмыря: Это нужно рассматривать более
широко. СБУ поручено рассматривать и о голоде 1932-33 годов. У меня вопрос: мы
живем в государстве, которое называется демократическим? Называется однозначно
да. Для того, чтобы меня судили, для того, чтобы судили кого-то, он должен
быть, как минимум, живой. Потому что он должен иметь право защищаться. Если
человек не имеет права защищаться, его нельзя судить. Я напомню, что Гитлера не
судили, потому что он был мертв.
Когда Ющенко говорит об этом, он, по существу, провоцирует
охоту на ведьм. Это не юридический закон, это чистая охота на ведьм. А они
плохо заканчиваются. В XVI веке в северной Европе объявили охоту на ведьм – ни
одной красивой женщины не осталось – всех красивых сожгли как ведьм. Сегодня
объявили охоту на ведьм антикоммунистическую – ни одного нормального политика
не останется. Она проводит не только к репрессиям против тех, против кого она
направлена. Она приводит к деградации тех, кто эту охоту проводит.
То, что делается сегодня с СБУ, - это просто ужас. СБУ
занимается изучением истории. Кто уполномочил СБУ заниматься изучением истории?
Историки являются офицерами спецслужб, они выполняют то, что от них требует
руководитель.
Вопрос о крымских татарах – это уже вопрос исторический.
Нельзя осуждать организаторов геноцида индейцев. Нельзя рассматривать вопрос о
крымских татарах. Но, с другой стороны, моя точка зрения о том, что произошло –
депортация крымских татар была незаконной, но это был гуманный акт. Потому что,
не секрет, что очень много представителей мужского населения крымских татар
сотрудничали с немцами. Если бы все было по закону, нужно было судить и по
законам военного времени расстреливать. Народа бы не было. Народ выжил.
Телеканал «1+1»:
Какие возможные последствия этой резолюции для Украины? Должна ли Украина
реагировать на эту резолюцию, и как?
Сергей Гмыря: Я уже охарактеризовал эту
резолюцию как маразм. Какие юридические или политические последствия может
иметь маразм? Абсолютно никаких. А то, что у нас, вы говорите, памятники сносят
– так они без всяких резолюций сносятся, без всякого закона. Захотелось
Президенту сносить памятники – их сносят. В Украине не нужен закон для того,
чтобы сносить памятники. Это страшно. В Украине не нужен закон для того, чтобы
кого-то объявить преступником. Захотелось главе государства объявить
преступником такую-то группу населения – объявили. Без суда, без следствия, без
всяких резолюций.
Такая резолюция имеет ноль юридических последствий.
Я достаточно критически отношусь ко многим действиям
Сталина, но факт остается фактом: Советский Союз при Сталине был единственной
страной, которая избежала кризиса. Сегодня кризис Европу бьет очень больно и
очень хочется отвлечь каким-то образом внимание. Вот и причина принятия этой
резолюции – осудить тот режим, который преодолел кризис.
Читайте итоговую статью:
Смотрите тематические
видеосюжеты:
С. Гмыря: Мы соберем
деньги на реставрацию Ленина
С. Гмыря: Дам Рудыку
по физиономии и скажу, что так хочет общественность
С. Гмыря: Маразм
ОБСЕ - болезнь, а не преступление
С. Гмыря: Коммунисты
- не сталинисты
Читайте
также:
